Сильная женщина с волевым характером и добрыми глазами. Личность, которая ежедневно помогает тысячам детей с разными диагнозами. Ее стремление дарить добро другим удивляет и восхищает одновременно. Слова благодарности и счастливые улыбки семей, которые приходят за помощью именно к ней, – главная награда за все труды.
Виктория Анатольевна Габышева, генеральный директор Тюменского Центра детской нейропсихологии и нейропатологии речи «Нейротори».

— Здравствуйте, Виктория Анатольевна!

— Здравствуйте!

— Расскажите, пожалуйста, как Вы решили стать врачом, как пришли в эту профессию?

— В профессию я пришла, наверное, как и все после школы, когда мама говорит о том, что нужно где-то учиться (улыбается).

— Почему Вашим призванием стала именно нейропсихология?

Наверное, это не призвание. Это миссия. Если рассказывать с самого начала, то в эту профессию меня привел собственный ребенок. Уже прошло много времени с тех пор. Если мы говорим, что дети нам даются не просто так, то можно сказать, что мой ребенок привел меня именно в нейропсихологию.

Сейчас я уже владею методами телесной терапии, остеопатии и психологии. И поэтому сказать, что я просто врач или просто телесный терапевт – мало. Потому что каждая наука дает возможность вложить какой-то инструмент, какой-то кусочек для того, чтобы двигаться дальше в достижении результата. А результат – это наше здоровье, здоровье ребенка, психика, физика и его окружающий мир, в котором он есть. Поэтому огромное количество времени (более 17 лет) я вкладываю в то, чтобы узнать, как восстановить здоровье детей. Как восстановить здоровье ребенка кратчайшим способом, экологичным для того, чтобы ему было комфортно.

В эту профессию меня привел мой собственный сын. Когда его заболевание было на краю между жизнью и смертью, когда ребенку поставили диагноз, от которого очень сложно оправиться, когда нам сказали о том, что точка поставлена, и мы знаем, чем это может закончиться. И для каждой мамы – может быть, даже мамы с большой буквы – это просто вызов. Это вызов жизни, я его приняла. И сейчас этот вызов дал свои плоды и результаты. Мы стали победителями. Ребенок на данный момент учится в 7 классе. Мы получили опыт, и я им всегда делюсь с родителями, которые сейчас совершают очень огромное количество ошибок. Они их совершают не из-за своей собственной глупости и некомпетентности, а потому что они молодые, потому что многого не знают. Скажу больше, они доверяют и слушают врачей и психологов. С самого раннего возраста дети, конечно, попадают под определенную врачебную экспертизу, когда ставится какой-то диагноз. Но диагноз, выставленный врачом, — это не догма. На данный момент родители посещают нескольких врачей: сейчас такая популяризация, что, посетив одного специалиста, где поставили один диагноз, вы посещаете другого специалиста, и вам поставили этот же диагноз, но лечение, например, другое прописали. Таким образом мамы пытаются сравнить одного врача и другого врача. И в связи с этим получают разное количество диагнозов. Например, у психиатра поставили один диагноз, у логопеда – другой, у психолога – третий, у невролога – четвертый. И родители не понимают, о чем это – «обо всём»? И когда им начинаешь рассказывать и объяснять, что все эти диагнозы об одном – о задержке развития какого-либо – психологического, двигательного или речевого, — тогда родителям более понятно. Но возникает другой вопрос: «А что же тогда с этим делать? Потому что нам прописали огромное количество разных препаратов на 9 месяцев вперед». Или, например, «Прописали определенную терапию, но это процесс много времени затрачивает.  И мы не знаем, с чего начать». И одна из ошибок, которые совершают родители – они предполагают, что есть какой-то метод, который вылечит или исцелит их ребенка всего за месяц, за два, за три. Жизнь семьи начнет идти по-другому, когда у ребенка пройдет болезнь. Их жизнь, будем так говорить, очень изменится. И об этих ошибках, я думаю, нужно говорить с нейропсихологом. Нейропсихолог – это тот специалист, который работает с тремя областями наук: неврология, логопедия, психология. Это тот специалист, который должен знать все реабилитационные мероприятия, как физического плана, так и когнитивного плана. И, конечно, психологические.

— Виктория Анатольевна, Вы – основатель Центра «Нейротори», Вы стояли у его истоков. Расскажите, как зародилась идея создания Центра?

— Изначально я занималась методиками раннего развития. Очень давно, когда мои дети были маленькими. Старший сын, Владислав, имел определенные одаренности. И я занималась методами раннего развития. Мы начинали читать с двух с половиной лет, рисовать; изучать английский с трех лет. И ребенок показывал высокие результаты.  В принципе, можно было обучить этому других родителей для того, чтобы они могли это применять у себя дома. Я познакомилась с многими методиками раннего развития: Марии Монтессори, Глена Домана, Николая Зайцева, Елены Даниловой. Есть сайт Е. Даниловой. И я люблю их методику, потому что они развивают целиком и полностью детей: и физическое развитие, и психологическое развитие, и мышление, и память, и внимание. В свое время я уезжала на Украину, училась методикам на увеличение объема памяти. Это такие методы, как эйдетика. И в тот момент, когда у нас родился второй ребенок, и случилась в семье такая ситуация, мне, конечно, пришлось более приземленными задачами заниматься, восстанавливать именно его здоровье. И мы немножко отошли назад в изучении. Тему раннего развития детей я отпустила, будем так говорить.

Но «Нейротори» — это не единственное мое детище. Первое мое детище – Центр раннего развития. Он и сейчас развивается, и плодотворно выпускает своих одаренных учеников. И это порядка 17 лет был успешный проект, который сейчас дальше развивается. И на тот момент, когда мы вернулись в Тюмень после операции с моим ребенком, где-то работать (в школе психологом или врачом неврологом в поликлинике ездить и вести прием) для меня было уже неприемлемо, потому что нужно было заниматься с сыном и находиться рядом, так как по состоянию здоровья у него в этом была необходимость. В связи с этим мне приходилось выбирать, буду я работать или находиться дома. И так как очень много родителей знали, что мы вернулись из Москвы после операции, и я начала учиться и заниматься нейропсихологией, они стали обращались ко мне за помощью. Я делилась с ними информацией о том, как мы восстанавливаем здоровье. В поликлиниках, детских садах, куда я приходила со своим ребенком, родители спрашивали «а как вы?», «а что вы?», «что с вами?». Очень много обращалось ко мне тех клиентов, которые со мной были на протяжении нескольких лет – пять, десять. Обращались как к неврологу и как к психологу. Пытались меня где-либо найти. И тогда созрела идея взять нескольких детей на сопровождение, чтобы развивать их в данном контексте, в данной парадигме. Развивать у них навыки саморегуляции контроля, развивать когнитивные навыки: память, внимание; помогать готовить их к школе. И тогда было приобретено уже оборудование. Нам дали помещение для того, чтобы мы начали заниматься. И таким образом шаг за шагом мы вышли к тому, что это актуально.  Мы продиагностировали детей в порядке ста человек. Все родители получили заключение о том, какой уровень развития из 18 функций головного мозга имеют их дети. И у родителей 70 детей вопросов не возникло.  Они сразу спросили, как можно записаться к нам, потому что такой квалифицированной информации полного объема о физическом теле, психических навыках, мышлении, речевой функции и всех остальных, нигде им не предоставлялась, и нигде подобную диагностику их дети не проходили. Это уже дало возможность мне просто помогать родителям. И постепенно со мной начали работать коллеги, которые хотели заниматься этой деятельностью. Я обучала их для того, чтобы можно было сопровождать детей в большем объеме. И каждый раз, когда у нас возникала потребность в каком-либо оборудовании для Вадима, для его восстановления, для какой-либо новой методики, которая была необходима для развития его здоровья, я ехала обучаться, возвращалась, и все это оседало в нашем Центре.

В связи с этим родилось название Центра: «нейро» — это «мозг», развитие мозга, а «тори» — это способность к достижению и к победе над какой-либо поставленной задачей. Назвать просто «Виктория» как победа было бы просто. Поэтому «Нейротори» — это победитель над дисфункциями мозга.

Как Вы считаете, почему именно в нашем городе стало актуальным открытие такого Центра? В чем уникальность «Нейротори»?

На протяжении того времени, когда я находилась и диагностировала детей в школах и детских садах, поняла, что огромное количество детей рождаются и потом в течении первых пяти лет имеют определенные отклонения как неврологические, так и психологические. Это может касаться и поведения, это могут быть проблемы со сном, с приемом пищи, с развитием центральной нервной системы (с возбуждением, с торможением), с гиперактивностью, с тревожностью, моторными тиками. Поэтому актуальность этой задачи стоит в каждом городе. И в каждом городе должен быть специалист, который может поддержать родителей в восстановлении центральной нервной системы ребенка, дать возможность родителям помочь своему малышу и рассказать, что же нужно делать с ребенком для того, чтобы он был здоров, чтобы его развитие соответствовало норме. Напоминаю, что норма – это отклонение от возраста (плюс-минус 2 месяца) от физиологической нормы, которая прописана в свидетельстве о рождении. И в принципе дети по диагностике, а мы сейчас совершаем диагностику каждого ребенка и его возрастных особенностей, периодически не могут по определенным критериям соответствовать этой норме. И в Тюмени, как в любом другом городе, хорошо было бы, чтобы каждый имел возможность обратиться в такой Центр, в котором можно было бы продиагностировать ребенка и посмотреть, а что ему сейчас необходимо, на что сделать упор. Это даст ребенку возможность в дальнейшем все свои ресурсы и возможности взять в полном объеме. Все возможности ребенка и его навыки закладываются в раннем возрасте. Если у ребенка не сформированы волевые функции, или он не может планировать, или у него нет стабильности в планировании своих собственных действий, то к 15 годам ребенок уже будет дизадаптирован в этой функции. Сейчас мы огромное количество времени уделяем тому, что дети наши не могут собраться в школу, не могут быстро сделать уроки, они не понимают какой-либо предмет. Родители предполагают, что это лень. Но не в лени дело. Потому что ребенок может уже сам с 7 лет (неслучайно именно в этом возрасте мы идем в школу) организовывать свое пространство. Но если его не научили планировать, и у него нет целеполагания, а я сейчас говорю не про мотивацию и не про стимуляцию – именно о целеполагании: «Зачем мне это нужно?», то у него будет дезорганизация. Возникнет неспособность учиться грамотно и хорошо, и запоминать то, что происходит на уроке. Здесь свои плюсы и минусы. Думаю, что в отдельной теме мы этот вопрос обязательно поднимем. Но, отвечая на вопрос, почему именно в Тюмени организовался тот Центр, скажу, что, наверное, пока до остальных городов руки не дошли. Однако, все впереди.

— Расскажите, кто работает в Центре? Какие специалисты готовы помочь ребенку здесь?

— В нашем Центре сейчас работает врач-невролог, логопед, нейропсихолог, остеопат. Это те специалисты, которые должны сопровождать ребенка для безмедикаментозного лечения. И если есть какие-то дисфункции, то нейропсихолог выявляет эти дисфункции и на телесном уровне, и на когнитивном уровне может помочь ребенку их сформировать.

Виктория Анатольевна, расскажите о тех методиках, с которыми Вы работаете.

Под моим руководством разработана методика «Телесный интеллект». Все остальные методики нами апробированы. Это, например, Лаурия, Грозман – великие нейропсихологи, которые на данный момент работают на таких базах, как Москва, Санкт-Петербург. Мы пользуемся их опытом. И очень много чего мы берем из заграничных методик. Заграница сейчас не столько «за границей», сколько она, в принципе, в доступе – сейчас приезжают из Германии, из Австралии с темами остеопатии, биодинамики, краниосакральной терапии. Я являюсь экспертом в этой области, потому что всеми методами владею сама. Наши специалисты выезжают на обучение самых новых и передовых технологий и методов: биодинамика, синхро-с, микрополяризация. Они владеют этими методами в полном объеме. Все специалисты выезжают и проходят обучение.

— Поделитесь планами на будущее. Какие вершины и цели еще предстоит постигнуть?

— Цели и планы огромные. Сейчас закончился онлайн-проект «Телесный интеллект». На данный момент планируется обучение нейропсихологов. Это двухгодовая программа, в которую я приглашаю участвовать всех специалистов. Это Всероссийская Ассоциация нейропсихологов, где будет дана возможность для обучения и сопровождения, прохождения практики на базе Тюменского Центра. В каждом городе будет открыт филиал нейропсихологов и нейропсихологической диагностики для того, чтобы можно было подготовить специалистов. И в онлайн-пространстве сейчас выходит Федеральная Академия Мам, которая даст возможность всем родителям понять, как воспитывать, как развивать, как наказывать и поощрять своих детей, как помогать им в развитии. И еще один проект, который у нас есть, — это развитие и популяризация психологических игр и тренингов на базе Тюменского Центра детской нейропсихологии. Он запустится в декабре. И мы будем ждать всех желающих к нам на тренинги и семинары для родителей.

— Виктория Анатольевна, какие пожелания или, может быть, рекомендации Вы можете дать родителям?

— Конечно, больше узнавать, что такое детская психология, детская нейропсихология. Общаться с родителями таких же детей. Не оставаться одним. Сейчас огромное количество соцсетей, в которых вы можете найти меня: в «Вконтакте», в «Инстраграме». Мы ведем активную просветительскую деятельность для родителей. Поэтому желательно никогда не сидеть со своей проблемой дома. Очень важно: вы должны искать решение. И если каким-либо образом вам не нравится то, что вам противоречит: или развитие ребенка, или вы видите, что ребенок не соответствует возрастным нормам, вам необходимо найти специалиста, который готов ответить на все вопросы. Это может быть нейропсихолог, невролог или врач остеопат. Никогда не останавливайтесь на достигнутом. Тот, кто прилагает большие усилия, должен достигнуть того результата, с которым ему будет комфортно.

— Спасибо, Виктория Анатольевна за очень познавательный и интересный разговор. До новых встреч!

— Спасибо. До свидания!